Еврейская трапеза может оказаться суровым испытанием и непреодолимой преградой — об этом знает всякий, кого хоть раз пытались накормить еврейская мама или бабушка. Однако книга д-ра Рухамы Вайс, исследовательницы и преподавательницы Талмуда в иерусалимском  Hebrew Union College, несколько не об этом. Главный тезис новой монографии заключается в следующем: в талмудические времена трапеза служила не только для утоления голода и/или совместного времяпрепровождения, но была экзаменом, во время которого человек (часто ученик) доказывал свое право принадлежать к интеллектуальной элите еврейского общества — хахамим (мудрецам, знатокам Торы).

«Обеденные испытания», по мнению Вайс, бывали самые разные. Довольно часто от сотрапезника требовалось всего лишь продемонстрировать знание благословений (брахот), которые следует произносить до или после определенного блюда. В наши дни задача выглядит тривиальной, однако стоит напомнить, что первый письменный молитвенник появился в X веке нашей эры, а до этого все благословения, равно как и связанные с ними законы, нужно было помнить наизусть. Умение правильно благословлять показывало, что человек обладает минимальными знаниями для того, чтобы претендовать на титул мудреца.

Однако знанием брахот проверка не ограничивалась. Претендент на звание знатока Торы должен был уметь вести себя за столом, правильно брать еду из общей посуды, знать, когда и что говорить:

Отдельно ценилось умение «пить да про себя разуметь». Последнее требование было особенно актуально на поминках, поскольку в талмудические времена во время трапезы на стол подавалось вино:

Можно предположить, что таких случаев было много, поэтому впоследствии обычай поминать покойника за чашей вина был отменен.

Многие проблемы, возникающие за столом, связаны с особенностями кашрута, так как уже в талмудические времена разные общины придерживались разных стандартов (к примеру, в Галилее ели птицу, сваренную в молоке, тогда как в Иудее это было уже запрещено). В любой момент за столом могли оказаться люди, считающие некошерной еду в тарелке соседа. В такой ситуации нужно было быстро решать, как правильно себя повести, чтобы не обидеть сотрапезников и прежде всего — хозяев дома.

После книги Рухамы Вайс легко сделать вывод, что если во времена Талмуда человек просто хотел спокойно пообедать, ему стоило избегать общества знатоков Торы. Однако как раз тут ничего специфически еврейского нет: принадлежность к элите и высшему обществу всегда и везде налагала многочисленные ограничения, в том числе и за обеденным столом — будь то знание правильных благословений или умение есть рыбу при помощи правильного ножа.

Истории о застольных беседах мудрецов в талмудической литературе встречаются часто, и поведение сотрапезников нередко вызывает недоумение читателя: то они смотрят друг другу в рот, то задают неожиданные каверзные вопросы, то вообще непонятно почему отказываются есть. Исследование Рухамы Вайс позволяет по-новому взглянуть на эти сюжеты и увидеть смысл в том, что раньше казалось чудачеством или невоспитанностью героев Талмуда.

(c) M. Karpova, E.Levin